Перейти к содержимому

 



Голосуйте за книгу П.В.Морозова, Р.А.Беккера, "Выдающиеся психиатры ХХ века"

AlexSS

Регистрация: 05 Июн 2014
Offline Активность: Июн 28 2015 06:48
-----

Мои темы

Вспомнить причину нервного расстройства

27 Июнь 2015 - 03:52

Хочу вам сразу описать один фрагмент, дело в том, что я физически не думаю. У меня не происходит обмен в мозге данных при которых человек берёт очень обширное количество информации и решает что надо сделать ему по жизни. А лишь маленькое эмоциональное волнение. Несовпадение реального состояния с логическим и поэтому невозможность воспринимать реальность. Дело в том, что у меня особо не было в детстве игрушек и прочего хлама, но имелась тяга к исследованию и поэтому я копал свою личность вглубь. Я  2 пересоздавал практически с нуля свою психику, в последний раз не получилось. Так как знал на то время несколько способов держать себя в руках. А также хочу пояснить, что некоторые расчёты я проводил сам, я сам высчитывал какой должна была быть моя реакция и на что и нормально ли это. Таким образом, анализ чего-либо другим человеком вызывает у меня туже реакцию, что и если бы кто-то вторгся в моё личное пространство, моя психика одновременно является и моей личностью и оба фрагментов смешиваются, таким образом получается, что если кто-то захочет проверить мою психику вряд ли разберётся чем что является, частью психики, или психологической травмой, которой я получил в объёме более 4-5 штук и к тому же выражается в психическом объёме, сказать это психиатру я не смог. А вести себя как ненормальный - это и есть один из психологическим травм, поймите меня, через интернет это не передаётся так особо сильно. 

 

Здравствуйте, меня зовут Алексей, мне 19 лет, и я не учусь и не работаю, больше похожу на хикку.
У меня есть одна проблема, которую я не могу решить. Она немного простая, но весьма дурная. Я не могу войти в своё реальное психологическое состояние, я нахожусь в состоянии страха сейчас с напряжёнными мышцами, но у меня нету никакой реакции на это, будто так и надо, а также я чувствую только боль по большей части и все эмоции из высшего порядка, который участвует в сигнале о опасности. В общем. Когда человеку попадают по пальцу, то у него возникает реакция на это, психологическая, когда он действительно чувствует боль и у него на это от самой реакции возникают другие. Ну, например, от страха пульс становится выше и другие факторы. Но они проходят. Но я ничего не чувствую, и если даже у меня будет болеть нога, то с вероятностью 100% я не буду чувствовать боль корректно. И не только… Боль и другие факторы у меня рядом стоят с моей же логикой и чувством реальности.
                У меня любые реакции не проходят и остаются в активном положении до тех пор, пока моё сознание его не поглотило. То есть, если я сломаю ногу, буду находится в коме, то одной ночью я могу проснуться однажды от той же боли, что тогда получил, но не чувствовал.  При этом если я не буду её ощущать, то мне может стать хуже. Это может стать циклом, и я буду входить в это состояние постоянно, как только будет случаться подобное, причём по мысленной ассоциации. Так работает моя память…
                Проблема заключается тогда, когда эти реакции являются тем, что выражают мои собственные мысли. То есть, если я буду в состоянии злобы и у меня вздуются вены и т.д. Но я не буду это выражать сознательно, мол «хорошо, со мной всё в порядке» и всё такое, то я рискую остаться в нём на постоянку. И сейчас этом проблема… В отличии от других людей мне не надо высказаться, мне надо просто, чтобы я это ощутил и находился в этом состоянии естественно, без попытки это переделать (об этом ниже), но я не могу…
                У меня всё стандартно, у меня умер отец и с этим «все чувства». Только отличает меня в это случае не то, что все родственники у нас были близкие, а наоборот. Я не выносил никого чужого. И собственно говоря выражаться что-либо, то мне надо скрыться и сделать это чем-то своим. Например, действием, не орать или выплёвывать всё это на показ, а собственно говоря сделать что-то настоящее, стоящее из всякого ряда условий, которые бы походили на попытку отстоять своё эго, но отстаивал свою личность. По одной простой причине.
                Действия, которые я делаю не являлись лично моими, я их делал потому, что я так хотел. Разговор с друзьями и так далее, некоторые я делал по другим причинам, чтобы превосходить и подавлять свою личность. Так как имею 3 комплекса. Я не выставлял себя за другого человека играя реакцию, я изменял её физически. Физически хранил в себе явления, которых нет и психопатологические состояния вместе с психологическими. Это требовало от меня знания строения личности физически и её восприятия, поэтому, я отклонял и изменял свою личность от противного нормального. То есть, я внушал себе на время что-то, что потом можно было подавить и вернуть всё обратно и всегда оставалось то, что я не трогал. Собственно «исходник», это как если бы человек сказал что-либо, вы бы начали вести себя соответствующи, но при этом в голове держали что на самом деле думайте. Но в данный момент как я это делаю – это полностью отдалялось от моей настоящей личности и подобного.  Допустим я мог сохранить у себя в голове моё физическое состояния страха, чтобы его не выражать и превратить то сознательное, что его вызывает и переписать. Я это умел. Таким образом получалось, что я мог изменять что угодно и соответственно мне надо было эти состояния различать. Однако со временем в этом всем можно было потеряться. Факты переписать невозможно… Можно вызвать у себя реакцию, чтобы отреагировать на что-то по-другому, но нельзя уже изменить имеющейся воспоминания или уже выраженные. Так как они строятся вперёд. Но я могу выдумать собственные и послать их как условие. Например, тем самым способом я получил абсолютную синестезию. Моя отличается тем, что я умею не «видеть звук», у меня отсутствует воображение и прочие вольности, иначе я бы потерял контроль и получил шизофрению, а то, что я умею пере выражать любые данные в мозге (абсолютно). Например, я могу подстроиться под человека и научиться отгадывать то, что он скажет прямо по эмоциональному посылу. Единственное, что меня спасает – это то, что я физически не могу поддаться воображению и у меня активны не лобные доли мозга, а наоборот задние (спасибо моему отцу, прочитайте ниже). Таким образом я хочу заострить внимание на ваши знания, а именно какое поведение должно быть у человека, если он это использует задние доли. Это также являлось моим личным хобби.

 Но тут немного иначе, как-то раз мне показалось, что мой отец ведёт себя странно. Он вёл себя потому, что начал совершать действия, которые раньше не делал. И вести себя подобно человеку, который не контролирует свои действия. Он всегда был человеком, который никого никогда не слушает и не поступает логически, если эта логика от другого человека, всё время орал. Но делал это постоянно, но вдруг в его действиях не было целостности и какой-либо систематики. И он каким-то образом начал мне симпатизировать при этом раньше всегда упирался в телевизор. Человек, который бы никогда ни с кем из домашних не заговорил начал вести себя так, будто он дома чужой. В однокомнатной квартире, как ребёнок в гостях. Это насторожило только меня. В основном никто (внимание!) не обращал на это внимания, никто из родственников (сестра и мама).  Однако мне показалось по взгляду, что он готов совершить самоубийство. То есть не в таком ключе как «готов», а полностью, будто живой мертвец. Или можно сравнить с человеком рвущийся в бой во время войны, когда у него кончились патроны, но при этом без тактики, просто, чтобы закончилось вся эта ерунда какая была. И у него была причина, он страдал геморроем.  При этом был эмоционально подавлен. 

Я же при этом не мог ему симпатизировать, просто потому, что несколько лет назад я получил от него «подарочек» в виде сильнейшего комплекса неполноценности и из-за этого я был на него зол, причём в ярости. Я практически был им уничтожен и не мог уже тогда нормально пользоваться дедукцией и строить свои выводы так, чтобы параллельно с ними «пони не летали», то есть я фильтровал бредятину от психологической травмы и делал это умело. Я хранил в себе эти эмоции как аргумент, чтобы можно было хоть на время обойти это состояние и вернуть себе то, что я потерял из-за него. Но для меня это было как бесприкословный аргумент (я про отца), он считай что удалил из моего сознания полностью способность самореализовываться и быть самодостаточным быть не то, чтобы личностью, а быть целым. Само это действие было основой для моей личности, даже не так, физическим способом взаимодействовать с миром. В основном это касалось только ответственных социальных моментов, когда что-либо могло дать мне уверенность в умственных способностях, что-то что идеально исполнено и продумано.

 Мне приходилось осознавать, что если чуть что случиться, то я не смогу сделать что-то адекватно. В прямом смысле. Меня будет колбасить так, что я не смогу из выводов сделать что-то правильное, так как он загубил по ощущению и по действию единственный способ. Это как если бы у человека была привычка действовать по-другому, когда у него возникает чувство, но чувство это возникает, когда он это делается правильно. То есть я искренни не мог сказать, что я имею хобби или что-то могу, я бы сразу этого лишился, даже сказать какой-то факт из книжки.  Вся эта вещь с применением фактов доводов и логики сама собой уходила в бред, и не только логика, любой логический материал от меня. И поэтому я эмоциями переделывал свою воспринимающую часть в том лимите, в который мне позволяла ситуация, даже те ошибки в ситуациях, которые должны были произойти естественным путём. Я считай, что выставлял приоритеты на действия, что делать можно что нельзя, что правда, а что ложь, но не сам лично, иначе бы это было моим действием и уничтожилось тоже. Поэтому мне приходилось каждый раз делать так, в лимите действий я никогда не пытался вести себя так, будто травмы не было. Я на людях всегда вёл себя так, что не принимал никаких решений, я серьёзно. У меня был такой отрыв от реальности, что если бы меня попросили что-то посчитать, то я бы вряд ли ответил верно и мне было от этого страшно до ужаса, мозг действовал автоматически.   При этом все мои мысли приватные редко выходили за рамки своих «фантазий» и когда уже надо было подумать окончательно, то я вспоминал инициализировал то самое состояние в котором я был, когда получил травму, но не логическую ту, когда человек фантазирует, будто у него рука кровью налилась, прям  то состояние, которое активирует реальный процесс в действительности. Это как если бы взяли и своим мозгом заставили у вас в голове кровь течь быстрее или сердце биться чаще потому, что вам «хочется». Теперь вы понимайте двойной абсурд ситуации. Вспомнив ту самую эмоцию ощущений, которая была раньше. И по сколько тогда я находился в состоянии злобы и ярости – это стало моим основным способом фильтровать реальность, то есть там, где есть моя личность, там правда, ведь я её не менял и никому не показывал. (на самом деле там была уже не личность, а кое-что другое, не знаю что) Также я помещал все свои действия и мысли под другую «реальность», которая никаким боком не прикасалась к настоящей и всё это работало по принципу шестерёнок.  Таким образом 2 держал в голове 2 варианта всего (выводы, эмоции и так далее), что я видел и личность в том числе, которую показываю и та, с которой я сверяюсь, так как отец убил способность воспринимать и мою личность как «реально существующую», то соответственно я как бы допустил это, что её мол не существует и работает всё только в своих рамках. Таким образом, когда я изначально использовал «свою способ», то я как бы его помечал «изначально провальным». Но при этом я не мог позволить этим двум «реальностям» быть одном месте одновременно. Таким образом, когда у меня заканчивалась способность выражать ту самую эмоцию травмы, чтобы вернуть себе способность нормально думать, а именно тогда, когда у меня физически не было сил, я отклонялся от неё становился на время тем самым человеком чуть ли не шизофреником. В основном это касалось выводов, которые были связаны с самой травмой, с самореализацией и соответственно я начинал как раз выражать и выплёвывать весь стресс, который был в тот момент, когда я её получил, но я сдерживал всё, в основном, но. Но в отличии других людей у меня не работает просто внушение, я не могу взять так и соврать. И если мне не дают времени подумать, то собственно говоря могу потеряться в своих мыслях.  Я характеризовал дома себя с этим (с тем, что не показывал), у меня не было времени подумать и успокоиться, решить что-то, так как я не мог закрыться в своей комнате или что-то сделать такое, у меня не было места, где я мог привести себя в порядок и отдохнуть от этого. Мне приходилось коверкать своё восприятия так, чтобы вместить как можно больше информации… Таким образом я держал в себе всё, что у меня было в голове и никому не давал ни малейшего намёка, чтобы это можно было узнать, а отвлечься на что-то я не мог. У меня не было в квартире ничего, где можно было отдохнуть и посидеть спокойно. То есть, либо в комнате отец смотрит телевизор, либо идти за компьютер и то, его всё время занимала сестра, говорила, что готовится по учёбе, но на самом деле сидела в контакте… В любом месте я видел людей, в с которыми был обязан поговорить и сдвинуть для себя реальность с прежней точки.

                В то время была мода на warez тематику, то есть можно было спокойно запилить в интернете скачку файла и сделать на этом деньги (схему можете найти сами, читайте статьи от 2010 года), на хостигах как raipidshare.com и так далее (он уже закрылся). Отец выключил компьютер, но когда я начал возмущаться на то, что он не дал мне загрузить файлы, то он не выдал никакого недовольства в мой адрес даже, если компьютер купил он, хоть и пользовался им только я. Ну и ладно, но это было своего рода зависимость, а начал он играть за компьютером чтобы сблизиться со мной, так как моя сестра ни с кем не сближалась, а мама ему была в этом плане не интересна. Он как бы подкатывал к нам всем, чтобы с ним поговорили и так далее…
                Утвердительно сказать, что сейчас или скоро умрёт – это было бы самым идиотским поступком, который я бы смог для себя совершить, ведь он бы попадал мод мою колею и под сами действия в реальности со стороны друзей и сестры (мама оказывается знала) как какая-нибудь история заговора (в смысле бред), при этом я сам этому не верил и не знал что делать – это порвало мой шаблон восприятия полностью. Так как среди общества и среди реальных поступков я действительно ошибался, а само то отчаянье от того, что у меня в прямом смысле пусто, нет интересов и если я их буду держать, то это будет мягко говоря не совсем интересы, не совсем то. Подсчитав примерное количество времени до того события исходя из моей собственной жизни я попытался выделить в своей голове не план к действиям, а психологическую позицию такую, чтобы залатать его собственную дыру, я попытался воссоздать психику человека (отца) в таком ключе, в котором он мог бы восстановиться, попытаться сделать так, чтобы залатать дыру, но при этом сознательно в этом не участвовать. То есть, попытаться изобразить такой характер, чтобы он смог из этого что-то для себя получить. И не совершать суицид. Проблема заключалась в том, что мои личные данные тоже подвергались той травме, то есть они исчезали. Мне нужно было что-то вроде топлива, каждый раз я характеризовал себя с новым объектом в каком-то барьере, этим барьером было то, что я обычно видел. Например, отношения с отцом, причём я не просто вижу, а в какой-то собственной манере, изменения надо ещё как-то доказать. И доказательством должны быть не только мои выводы. Поскольку я должен был отделать бред от реальности и говорить с другими людьми, осознавать весь ужас того, в каком состоянии я сейчас нахожусь, то соответственно говоря с другими людьми я и менял свою собственную реакцию, чтобы защитить себя, так как их утверждения имели вес для меня самого больше, чем у меня. Чтобы создать границу, между собой и другими людьми. Некую оболочку, так как её меня лишил отец. Когда он умер получилось так, что мне уже более менее было не то, чтобы грустно, а пусто… Эта вещь была раньше разная и не касалась основных вещей на подобия того восприятия, той травмы. Когда я инициализировал её, я получал полный доступ к реальности, без единой капли ошибок (но у меня был прямой урон для организма). Например, у меня текли сопли, был ринит. А также сейчас разрушаются зубы, так как кровяная система и дёсны функционируют не нормально. У меня были проблемы с сосудами и сердцем. Например, сейчас не совсем плохо, но тогда у меня была дикая боль, с левой стороны вся правую часть тела просто разрывало, так как с сосудами что-то происходило, когда сердце билось, то ли они сжимались, то ли наоборот. И это не по своим ощущениям, так действительно было, чувствовался отстук как на сонной артерии на левой части шеи возле позвонка. Таким образом можно сказать что этот самый ужас того, что как бы должно произойти заставлял действовать и переводил сознания на такой режим, будто помещая меня в себя и ничего кроме этого не существует. Каждое воздействие со стороны прям поражало такое действия страха, подобно тому, когда человек от ужаса забывает где находится.

                Проблема в решении этих вопросов состояла в том, что я не мог просто так выставить себе спокойствие, мне нужны были хоть какие-то доказательства со стороны, я должен был подтвердить что-то не собой, а другими людьми. Тот неловкий момент, когда сомневаешься с чём-то, когда сделал предположение и надо узнать «действительно ли так». Но на счёт намерений моего отца я не делал такие выводы вообще, так как не откуда было. Я выказывал другую реакцию для других людей и с ними делиться не хотел.

                Я не способен был нормально сделать план или действие, но мне некуда было уже запихивать исходники тех эмоций и не кататься от ужаса по полу, именно исходный материал, до его выражение, фрагмент того, что выражено использовать нельзя. У меня не было пространства чтобы излить свою «душу» дома, и чтобы это хранилось в укромном месте, поэтому я хранил это в голове.  Я уже не мог заставить себя выражать эмоции, которые я имел организмом и дать себе пространство для мысли. Также у меня не было уже логического эквивалента, когда я выражал некоторые моменты уже с другими людьми. У меня этого не было и в конце концов, когда отец умер у меня не было способности осознавать, что будет дальше и предсказать исход событий, и поскольку я должен был хоть как-то выразить соболезнования я уже не должен был менять эмоции на другие.

                Я всегда пытался разделить эмоции и другие составляющие на части, например, простую логику, когда люди просто так общаются, с чем-то важным и моим личным. Для этого я придумывал аргументы, но моим естественным аргументом является сам организм. (да-да) А именно чувство ощущение (даже боли) в данный момент делало для меня оболочку, когда я воспринимал какую-то новую информацию и её же менял, чтобы стимулировать память во время учёбы. Типа… Для этого требовалось очень много энергии, поэтому мне надо было сильно много есть и при этом мне нужно было очень много веществ и витаминов, так как от ужаса у меня он ускорялся в целом во много раз, а также этот делал мозг сам. То стрессовое, когда человеку кажется, что время для него летит медленно, но для меня оно действительно шло медленнее, так как надо было переработать очень много информации и её разделить, а ещё попадать в одну колею со своим номинальным состоянием, в котором я был.
                Эмоции, например, которые употребляются при обычном разговоре никак нельзя использовать в памяти и вспоминать их сложно, поэтому я пытался так никогда не делать, разделять барьером. Эмоции личного характера нельзя никогда путать, а эмоции важные никогда нельзя переписать. (это не только у меня) Я пихал всё в одно, в самый высокий приоритет, максимизировал информацию (давал ей самый большой приоритет) и сторону других людей выше, чем само состоянием, чем состояние, в котором я находился (мне очень херово и я не знаю что делать? Посмотри на это, если на запомнишь, то вообще будет пиз…). Таким образом я заставлял свой мозг «обучаться» в школе. И запоминать информацию. Таким образом получалось, что «внушаемое значение» должно было быстро развеяться, ведь я это делал не естественным путём и соответственно мне надо было лично ему сделать приоритет и изменить свойства, то есть мне всегда надо было его держать в голове, на протяжении полу-года я так делал, каждый мать его раз, даже во сне. То есть даже до его смерти я прибывал в состоянии, когда я должен был вроде немного потерять контроль и начать выражать всё что думаю и действовать. Но поскольку я давно переписывал свою эмоциональную составляющую я не мог это делать просто так. Каждый раз, мне нужен был какой-то мысленный объём данных, чтобы я крутил в голове и держал его, чтобы управлять этим всем. Но и ещё один, чтобы я мог делать границы для «фильтра», однако отец умер и этот фильтр спал. А когда его хоронили, то там были не только родственники, но и его друзья. Я не мог их просто их проигнорировать, так как они были его друзьями, поэтому они для меня имели тот же приоритет, как и отец. Но к моему самому удивлению, за место того, чтобы проводить его они начали ныть о том, что он умер. Человек совершил самый трусливый поступок – самоубийство, но при этом я не мог это выдерживать, так как получил травму от него и она делала из меня чуть ли не инвалида в добавок я лично имел злость к нему за то, что у меня были самые худшие условия, при которых моей психике надо было в прямом смысле выживать. И он по этому поводу никак не помогал и не пытался исправить что-то во мне. И тут начинается самое интересное. Поскольку фильтр спал я не мог уже дальше представить, что будет дальше, и не мог просто узнать границы случившегося.   Что будет со мной дальше, а тем более, я узнал о том, что отец хочет совершить самоубийство не из нормального источника, а из своего собственного, из тех выводов, которые я для себя выставил как «бред» и т.п. Поэтому для меня собственно говоря пошатнулось всё, даже моя личность и способность восприятия была кое-как. Так как вариант, который нужен был только для того, чтобы отсеять свои собственные бредовые идеи оказался верным у меня было просто невозможное состояние. Мне тогда надо было стать нормальным, собой и при этом на похоронах были другие люди, которых это как бы касаться не должно было. Они начали сначала пытались всё это время убедить меня в том как это плохо и на условии того, что как-то надо будет дальше жить у меня постепенно добавлялся ужас.

                За место того, чтобы хоть как-то меня успокоить они всё это время они всё время возвышали градус безумия в голове. По мимо того, что мне пришлось ехать в машине с гробом, мне приходилось в голове своей держать варианты событий и обсчитывать их, чтобы ни дай бог ошибиться и не дать моей психике стать раком к верху. То есть, чтобы при такой вакханалии не дай бог что-то не случилось и что-то посторонние от других людей я не принял за что-то личное и так далее. Но так как у меня уже не было границ чтобы отделиться и «посторонние» прям были на одном из ответственейших мероприятий, то мне не было до мыслей как мне самому было плохо, я скорее пытался фильтроваться и абстрагироваться от других людей. Поэтому вся эта печаль уже не касалась меня, а касалась других людей больше, нежели своих чувств. Я пытался уже изобразить что-то другое при тех людях кроме того, чтобы я сделал, если бы их не было.  Однако я сам был уже в каком-то шоке и тем более, они сами нагоняли на меня больше страха, причём не дело не в самоуверенности, а в элементарном внушении.  У меня было ощущение, что на меня совершили DDos атаку как на сервер. Захламив буфер и взломав сервер залили на меня свою информацию (например). Давление было больше, что я не мог держать в голове свои отношения и прочую личностную информацию и её утерял. Было такое чувство, что я в состоянии подобно гипнозу, ведь если бы мне внушили какой-то факт о моём отце или об отношении между ним, то я бы не смог от этого оправиться. Я бы хоть что бы делал, то бы не смог потом доказать что эта неправда, я бы до этого просто не додумался, а воспринял как факт. Но после этого, когда мы поехали домой эти «гости» просто оставались у нас дома, и я, человек,  кому они чужие надо было сидеть с ними и не выслушивать о том, какой отец был хорошим человеком, что он хорошего сделал или что-то такое, что говорилось о нём, а было ощущение, что я смотрю на несколько людей, которые решили бухнуть по этому поводу, что даже меня оскорбило. Но ответить я ничего не мог, так как был в подавленном состоянии и никто из родственников был «не против». Они ныли о том, что всё очень плохо, что «потеряли человека» при этом сами ничего не сказали, изобразили полную жалость и т.д. родственникам и мне будто подарили свои обиды, а потом когда похороны закончились – всё, приехали, будто так и жили, будто отца и не было. И с этого момента я не могу вспомнить не отношений, в которых мы были с отцом, но то, что там было. Всё, что я чувствую – это то самое ощущение и состояние, в котором был физически в тот момент.

                Это быстро всё случилось, что я не мог опомниться или что-то подумать на счёт себя. Вдобавок, мне надо было оканчивать школу, 9 класс… Проблема состояла в том, что мне надо было сдать ГИА. Но как и кем быть и что я уже представить не мог из-за того как раз случая, так как у меня начался процесс, где я должен был сопереживать отцу, в организме уже всё для этого подготовилось, слёзы вроде бы текли и всё такое, но мне ситуация не позволила. Но мне по сути страшно было себя так вести, так как я был способен на такие поступки, что вообще. А про рассудок вообще молчу. Я сбросил своё внимание и сдал экзамен относительно сдал хорошо. Но на самом деле я сдал его еле как, так как память у меня херова работала. Так как я всё равно находился в том страхе и не могу держать точку внимания на чём-то.  Я по сути концентрировался еле как. А так как мой организм был полностью в состоянии печали. Я имею ввиду, что у меня аж болели глаза в тех местах, куда обычно приливает кровь, когда человек плачет. Даже глаза болят по этой причине, не само яблоко, а там, где обычно чувствуются слёзы. И другие моменты, поскольку выражение эмоций не как не связано с получением и усвоением информации, то я переключался на другое. И от перемен после сдачи экзамена в 10 классе у меня не было того, на чём я мог сконцентрироваться и хоть как-то победить это состояние, чтобы суметь концентрироваться на вещах. Я даже тогда понимал, что если я потеряю что-то, что могло собрать меня в едино и забуду это, то я вполне могу стать таким, который я сейчас и характеризовать себя с любым эмоциональным состоянием.  После этого я превратился в состоянии зомби. И в основном общение с другими людьми мне вредило.

                Из-за сообщений невролога в 8-9 классе меня поместили в психиатрическую клинику для обследования, во время призыва в армию. Там я не смог находиться потому, что у меня было очень плохое чувство осознания реальности и поэтому я ощущал не дискомфорт, а полную опасность от присутствующих там людей. Ну я не мог предсказать что со мной будет. Меня конкретно мог любой новый пришедший взять и отлупить они среди нас ходили спокойно, при этом я не смог бы ответить, а любая полученная травма была бы для меня фатальной. Я там даже сумел заболеть, самое важное, что я был лишь в состоянии болезни, мне это не казалось. Просто иногда я на самом деле не болел, но у меня была относительно высокая температура. Сейчас я не чувствую ничего нормально, по сути, я сейчас пишу и не чувствую, что у меня в полости рта. И не замечаю, что иногда написано даже, если я читаю. Так происходит со всем, со вкусом, слухом и осязанием. Я абсолютно не выношу высокие температуры и низкие, у меня не лады с сосудами, так как из-за своего состояния спать я не могу нормально , ни одна часть моего тела не расслабляется (немного ошибся, так было раньше, сейчас лучше, но в основном как всегда я просто стал спокоен). А выспаться хорошо по сути никогда, но это не бессоница. Раньше я просто лежал в кровати и не двигался находясь в сонном состоянии всё это время, сейчас правда получше, но когда я был у клинике всё так и было. От стресса я не мог конкретно заснуть и расслабиться, а вставал я так, будто и не спал вообще, от недосыпа у меня пару раз были глюки, то есть я не мог разглядеть лицо и всегда выдавался другой вариант. Я пытаюсь выдать результат быстрее возможности считать информацию. Вдобавок мешала логика, так как уверенности «кто я» у меня не было, и диагноз 2f0 превратил меня в полностью неразговорчивого человека, я не смог бы себя принять кем-нибудь психом, так как это был единственный аргумент, чтобы держать себя в спокойствии в то время. Я просто не мог и не умел представление как себя представить и в каком смысле вообще употреблять слова, поэтому даже нормальные логические выражение казались чем-то сверх бредовым.

А лечиться у психологов и прочее лично я не могу, так как играет фактор человека, по большей части люди не излагают среднюю позицию, чтобы дать выслушать, они себя ведут вызывающе и поэтому. У них нету той самой эрудированности, чтобы не вступить и не спровоцировать меня на стресс.  

Сейчас меня может успокоить только то, что я чувствовал, когда был с отцом, и вспомнить это без посторонней помощи и всяких там «методик» в которых участвует кто-то по мимо меня. От отца остался гараж, но вспоминать я должен своё, свои эмоции мысли по поводу него. Боже мой, да когда я садился за компьютер я чувствовал своим носом чувство, будто на столе стоит кофе, которое он любил выпить (и мне приходилось оттирать следы от стола). Даже картошка в гараже напоминает мне его запах, но не сами отношения. Но ничего такого я вспомнить не могу, как только я хочу что-то сделать, я как бы продолжаю свои нынешние мысли, а не вспоминаю что надо. Любой запах или что-то такое напоминает мне что-то, что было. Проблема заключается в том, что мне надо вспомнить. Так как отношения у меня были с ним плохие, а не хорошие, мы были по оба в разных сторонах. Скорее он на меня давил. И мне надо вспомнить именно своё ядро, но я не могу физически это сделать, так как моё внимание уже на другом событии.

                Что касается сейчас моих возможностей. Память у меня изменчива, я редко вспоминаю что надо, когда мне нужно, например, я, если встану из-за компьютера и подойду к холодильнику и попытаюсь что-то сделать, то я запомню то, что я хотел с ним сделать. Это у меня сделано специально, я специально выработал такой механизм, что я держу в голове только очень «важные» моменты, но по скольку я пережил смерть отца и те самые «гости» надавили на меня, то для меня «это» стало важным фактором и я не могу с этого убрать точку внимания. Поэтому я веду себя так, будто я не «здесь» нахожусь. Я могу слушать человека и слишком поздно на него отреагировать. Для меня просто ассоциации с отношений отца была как связка, чтобы я этим мог управлять, как некий универсальный ключ. Чтобы узнать, относится лично ко мне то, что я делаю, делаю я это не так, или что-то подумать. Всё это проходило через одно чувство, которое было раздавлено или подавлено.  

И что мне сказать или сделать, чтобы либо избавиться от состояния, либо уже вспомнить? Как избавиться от состояния, будто стал участником кое-чего из фильма «Пила»? И также вопрос о том, что мне следует сделать в таком случае как человеку, чтобы получить помощь?

                




Copyright © 2022 Нейролептик.ру